От боли сжимаясь и жаждой томим
Под солнцем палящим стоял Херувим.
На теле следы свежих ран от креста,
Но лишь «Добрые люди!»,- его твердили уста.
Толпа ликовала в ожидании зрелищ,
В него камни кидая для игр и посмешищ.
Только воин в плаще с кровавым подбоем
Его закрывал своим верным конвоем.
Шептал он безумцу, свой страх не скрывая:
«Смотри за кого Ты страдал, умирая!
Забудь свою веру и от них отрекись!»
Но Он тихо молвил: «Ценой своей жизни я вновь дам им спастись!»
Они на погостах хулят, на костях разжигают костры,
Они ли безгрешны, они ли добры?
Смеясь убивают, сжигают селенья до тла…
Но Он тихо молвил: «Они мои дети…, они не со зла…»
Не ведом им многим ни Бог ни пророк,
Их трусость, поверь, — самый страшный порок.
За них ты готов все страданья нести?
«Я их своей смертью согласен спасти!»
От боли сжимаясь и жаждой томим
Под солнцем палящим стоял Херувим…
На теле следы свежих ран от креста…
Молвил: «Добрые люди!..»,- и умолкли уста…
